Псковскую журналистку поддержали в Москве

Сегодня в Пскове должен быть объявлен приговор по громкому делу журналистки Светланы Прокопьевой, обвиняемой в оправдании терроризма. Прокуратура потребовала отправить её в колонию на шесть лет — за рассуждения на радио о мотивах самоподрыва 17-летнего анархиста Михаила Жлобицкого в здании архангельского УФСБ. Перспектива такого жесткого наказания вызвала возмущение журналистского сообщества: в пятницу на пикеты вышли сотрудники частных СМИ, в воскресенье — государственного канала RT.

Об этом сообщает Русский репортер


В пятницу сразу после заявления прокуратуры спецкорреспондент «Новой газеты» Илья Азар призвал коллег на акцию солидарности у здания ФСБ на Лубянке. Журналисты вышли на пикет, несмотря на проливной дождь,— но мокнуть им пришлось недолго. Как только господин Азар развернул плакат «6 лет за текст? Журналистика не преступление», как его скрутили и отправили в автозак. Всех, встававших на его место, задерживали в считанные секунды. Картину дополняли люди «в штатском», которые прохаживались по Лубянке и указывали полицейским, кого задерживать. Находившиеся «при исполнении» журналисты даже не успевали узнать имена оказавшихся в автозаке коллег и название их СМИ. Активиста Матвея Александрова и вовсе задержали превентивно — даже без плаката, за обычное интервью. Акция продлилась полчаса, всего было задержано 17 человек.

В воскресенье проявить солидарность со Светланой Прокопьевой вышли сотрудники государственного RT. Их акция прошла у бывшего офиса представительства Псковской области в Москве. Здесь пикетчиков было меньше — возможно, потому, что протест анонсировала редактор отдела регионов RT, член СПЧ Екатерина Винокурова, у которой весьма сложные отношения с либерально настроенными коллегами.

«Дело Светланы Прокопьевой, мне кажется, объединяет журналистов самых разных взглядов. Мы выходим не за какие-то идеи, а против того, что журналиста за колонку хотят лишить свободы на шесть лет.



Между прочим, убийцам часто дают меньше»,— сказала госпожа Винокурова и развернула плакат «Свободу Светлане Прокопьевой! Журналистика — не преступление». Сотрудники полиции задерживать её не стали — для начала потребовали паспорт. Госпожа Винокурова попросила в ответ предъявить основания для проверки документов. После непродолжительной дискуссии о законодательстве сотрудники полиции сдались и ушли. Через несколько минут они все же получили паспорт у другого пикетчика — несмотря на громкие комментарии госпожи Винокуровой.

Как прошла акция солидарности у здания ФСБ на Лубянке

Участников акции спрашивали, не видят ли они противоречия в том, что одновременно работают «на рупор кремлевской пропаганды» и выступают против позиции гособвинителя в деле Светланы Прокопьевой. Одна из сотрудниц RT отвечала коллегам, что «не работает на пропаганду», регулярно посещает протестные акции «и имеет право высказывать свои достаточно либеральные взгляды». Эта пикетная очередь прошла без задержаний. «Если приговор не будет оправдательным, думаю, что коллеги из разных изданий побегут в любую точку, в которую нужно. И я тоже побегу со всеми коллегами на улицу»,— заявила Екатерина Винокурова.

Сама Светлана Прокопьева через “Ъ” поблагодарила всех, кто выходит на пикеты и высказывается в её поддержку:

«Здесь важность моего кейса ещё в том, что люди выходят не ради меня, а ради свободы журналистики в принципе. Потому огромная благодарность коллегам и читателям, слушателям в Москве, Пскове и других городах, которые показывают, что обществу небезразлично наступление на свободу слова».



Бывший член СПЧ, политолог Екатерина Шульман заявила “Ъ”, что дело против журналиста, возбужденное за его работу, должно быть важным для «всех, кто благодаря работе журналистов узнает об окружающей реальности». «"Оправдание терроризма" — слишком неопределенная для УК формулировка, как и "призывы к осуществлению экстремистской деятельности" или "явное неуважение к обществу",— заявила она.— Очень хотелось бы, чтобы подобные статьи были декриминализированы, как это частично произошло с печально знаменитой статьей 282 УК РФ. Криминализированы должны быть только прямые призывы к насилию, а не рассуждения о нём, информирование о нём или попытка анализа его причин».

Владимир Хейфец, Александр Чёрных



Источник: “https://www.kommersant.ru/doc/4405897”